29 ноября в филармонии прошёл концерт, ставший настоящим подарком для рязанской публики. На сцену вместе с Рязанским губернаторским симфоническим оркестром под управлением Сергея Оселкова вышел виртуоз, чьё имя известно во всём мире - пианист Николай Луганский. Концерт сопровождал познавательный и завораживающий рассказ лектора Московской государственной академической филармонии музыковеда Ярослава Тимофеева, чье появление на рязанской сцене слушатели всегда ждут с невероятным интересом. 
 
В программе первого отделения прозвучал Концерт для фортепиано с оркестром ля минор норвежского композитора Эдварда Грига. 

Это наиболее монументальное произведение Грига, кульминация его фортепианного творчества и, вместе с тем, одна из вершин во всей концертной литературе, любимое произведение в репертуаре пианистов.

Музыка концерта пропитана интонациями и ритмами норвежского фольклора.  Все три части связаны единой линией симфонического развития, направленной к кульминации – гимнической коде финала. В ней «крупным планом» представлен главный образ сочинения – образ Норвегии.
 
На бис Николай Львович исполнил прелюдию № 7 до минор, соч. 23 Сергея Рахманинова. 
 
Во втором отделении зрители «переместились» из суровой северной Норвегии в солнечную Италию.  Прозвучали Симфония № 4 «Итальянская» ля мажор Феликса Мендельсона и Итальянское каприччио Петра Ильича Чайковского. 
 
Симфония – своего рода дневник путешественника. Впечатления для него Мендельсон собрал во время поездки по Италии, а конкретным поводом к написанию симфонии послужило путешествие по итальянскому югу и посещение Неаполя. Вдохновение для музыкальных тем и образов композитор черпал в национальном колорита. Так, главная тема сочинения напоминает безудержную тарантеллу, а в основе музыки финала, что похож на итальянский карнавал, другой танец – сальтарелла. 
 
Завершился концерт исполнением Итальянского каприччио Петра Чайковского. Произведение было создано под впечатлением от путешествия композитора по стране в 1879 году. Итальянское каприччио Чайковского – пленительный образ Италии, ее народа, ее искусства, ее быта. Едва ли найдется в русской классической музыке другое такое сочинение, где нет ни «атома хмурости» - как сказал после премьеры один из критиков, и где печаль и радость сплетаются между собой в одно пылкое и пластическое цело

Возврат к списку